FRPG Versailles: Vanity Fair

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Versailles: Vanity Fair » Secret societies » А чем же заниматься женам принцев?


А чем же заниматься женам принцев?

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://s9.uploads.ru/t/7OxSk.gif

Название: А чем же заниматься женам принцев?

Время: 1 июля 1666 года. Поздний вечер.
Место: Пале Рояль

Историческая составляющая:
Попойка лишь должна была начаться. Очередной выкидыш не способствовал улучшению отношений между Месье и Мадам. Кроме того, Филипп учуял, что жена руководствуется интересами Англии в некоторых вопросах. И тайные планы Франции уже известны ее брату, королю Англии. Что предпринять? Цепной пес Месье незаменим в таких делах.

Участники:

Антуан де Рузе д'Эффиа и Филипп Орлеанский

0

2

Антуан был одним из тех, кто всегда верно следовал за принцем. Для него он не был заносчивым, капризным братом короля, он был принцем, который оберегает Францию. Да, иногда он был взбалмошен, но кто тут без греха? Такого просто не могло быть, по этому он легко прощал другу все его слабости. Даже если в чем-то герцог был не силен, Артуан готов был отстоять его честь, открыто или тайно, в зависимости от требований. Сегодня был явно один из таких дней.
Герцог был не в духе, хотя и скрывал это, и если его настроение для кого-то было не очевидным, месье д"Эффиа прекрасно улавливал смены в настроении друга, стоило просто молча за ним понаблюдать. Был целый ряд признаков, по которым можно было опознать настроение брата короля. Этот полезный навык многим бы пригодился, но для того, что бы его отточить понадобились бы годы. Только самые умные и внимательные могли ощущать, что думает принц, в каком он настроении, и стоит ли вообще дышать в его присутствии. Даже король не мог похвастаться таким умением, а если и мог, то он явно не спешил им пользоваться, почему-то наглухо игнорируя потребности герцога. Ему или нравилось заставлять его страдать, или же ему просто было приятно держать брата на коротком поводке зависимости и обязательств.
И Антуан уже ждал, заранее ощущая что их всех ждет. Он ждал друга с вином и как только тот тихо зашел в комнату, в тонкую аристократичную руку Филиппа попала ножка бокала.
- Выпьем, мой друг. - Антуан слабо улыбнулся и обнял друга, зная, что сейчас, пока никого нет он может себе позволить некую слабость в проявлении человеческих эмоций по отношению к близкому. Несомненно, Филипп был для него всей Францией, братом, товарищем. Он был его верным человеком.
- Тебя что-то терзает уже несколько дней, ты не хотел бы поделиться со мной своими мыслями. Возможно, я подскажу тебе выход, или же мы просто хорошенько напьемся?

+1

3

Как же Филипп ненавидел прилюдных выяснений отношений. С тех пор как Генриетта стало его женой, это стало нормой. Правилом. Принцесса Орлеанская не скрывала своих эмоций. Щедро раздаривала свое внимание случайным кавалерам, поедала «популярность» точно оголодавшее зверье. Филипп не понимал ту, кого называл сестрой и считал ее поведение – предательством. Кто бы мог подумать, что из умной и улыбчивой подруги, Генриетте захотелось занять должность при дворе и «сиять» среди дешевых дам и кавалеров. Герцога Орлеанского не прельщала дешевая популярность, он ее не искал. Только недавно Мадам потеряла их ребенка, и теперь искрится красотой на очередной вечеринке, на ее месте Филипп бы удалился в Сен-Клу и некоторое время провел в уединении. Значит он не хотела их ребенка. Это еще сильнее отдаляло его от супруги. Да. Он исполнял супружеский долг, механически, без каких либо сильных эмоций. Всякий раз вгрызаясь в тело жены, он все чаще представлял как душит ее. Это очень беспокоило Месье. Как можно оставаться такой невыносимой. Шевалье. Его любовник. Его друг. Со вчерашнего дня они не обмолвились ни словом, от этого настроение Филиппа стало еще более мрачным. Последним «гвоздем в крышку» гроба его настроения, стало письмо Мадам. Его принесла ему горничная Генриетты, не ранее как пару месяцев назад герцог посчитал нужным следить за женой. Вовсе не из-за ее любовных похождений. Король Англии, стал больно гибким в переговорах с Луи, навязывая Франции совсем невыгодные условия сделок, оперируя знаниями, которые могли быть известны разве что доверенным людям Его брата. Утечка. Что если они пригрели змею. В письмах не было ничего особенного, жалобы, пустые родственные интересы и несколько фраз. Они повторялись от письма к письму. Филиппу показалось это странным. Он все сильнее укреплялся в своем желании вывести «дорогую женушку» на чистую воду. Но как к ней подобраться, доверенных герцогу дам она не берет с собой, значит чувствует неладное.
- Мой друг, я искал Вас.
Произнес Филипп, обращаясь к Антуану, рассматривая его. Улыбка герцога была усталой и чуть мрачной.
- Я хочу напиться. Антуан. Как же хорошо, что ты не женился.
Герцог положил голову на плечо своему фавориту.
- Ты узнал что-нибудь от камеристки моей жены? Она их все меняет. Ты слышал, мы заключаем с Англией новый союз.
Раздражение в голосе Филиппа становилось все более заметным.
- Представляешь, они как-то узнали про наши дела с испанцами. Еще немного и я решу, что наш добрый брат Карл, что царствует в Дувре обладает всевидящим оком. А Она.
Да, Месье без обиняков говорил о Мадам.
- Не способна дать мне наследника. Ее чрево проклято. Говорю тебе. Точно проклято. У Мадам стальные нервы, потерять ребенка и устроить маскарад….

0

4

Смотреть на Филиппа и его страдания было совершенно невыносимо. При всем уважении к его супруге, Антуан считал эту особу ужасной стервой за её отношение в своему супругу. Возможно, герцог не любил её, как подобало бы любить женщину, но он видел в ней нечто большее, сестру, мать их детей, Мадонну, черт подери, а она позволяла себе вытирать о него ноги. Но для утешения у мужчин есть охота, вино и верные друзья.
- Я знаю, что искал. Садись, я помогу тебе напиться. - Антуан считал себя особо приближенным, и не потому, что ждал и рассчитывал на милости своего августейшего друга, ему они были не нужны, ему казалось, что он может хотя бы ненадолго унять душевную боль близкого ему человека.
- Если я решусь жениться, значит я умираю или смертельная болезнь поразила мой мозг. Третьего не дано. Я не создан для супружеской жизни. - Маркиз, усадив герцога на софу в шутку снял его обувь и уложил его тонкие щиколотки себе на колени. Ноги без этой кошмарной обуви отдыхали. Лично он не признавал другой обуви, кроме сапог. И пусть это могло нарушить правила этикета, Антуану было плевать. К тому же, ему нечем было щеголять, его ноги были слишком посредственны для каблуков, бантов и пряжек. Зато дамам это нравилось, им казалось, что он готов в любой момент вскочить на коня и ринутся в бой. Только что толку от этого самому маркизу? Его тайная страсть все пряталась в сердце не позволяя телу развратничать. Это ужасно мешало и сковывало, но в чем-то это воздержание даже нравилось Антуану. Никто не знал о его тайной страсти, и этот секрет ужасно щекотал нервы.
- У твоей супруги не стальные нервы, у неё просто нет сердца, Филипп. Она холодная и прекрасная статуя, без совести и способности любить кого-то, кроме себя. Пей. - Антуан потянулся к кувшину, наливая себе в бокал больше вина, подливая его и герцогу. Ему было чем поделиться, новости были пока слишком неопределенными, но интересными.
- Камеристка Вашей супруги, милая Одетта, за пару слов, обещание покатать её на моем жеребце и нежных касаний под юбок в коридоре возле кухни поведала нечто интересное. Ваша супруга пишет письма брату своей рукой, и Вы их видите. А некоторые письма пишутся её прислугой и тайно выносятся из дворца. Возможно, в корзинах с бельем или в пустых возах, которыми привозят еду. Я уже принял меры, что бы начать слежку.

+1

5

Как же символично, предок Антуана был верен его отцу, поговаривали, что их связывала далеко не мужская крепкая дружба. Впрочем, сам герцог Орлеанский слухам не доверял, про них с братом чего только не сочиняли. Нужно же придворным о чем-то говорить? Эффиа не стремился возвыситься, как фаворит Луи, напротив, оставался в тени, и это делало его незаменимым. Филипп ценил в нем его постоянство и неизменность, и из всех своих людей мог в должной мере доверить ему свои секреты. Герцог удобно расположился на софе, позволяя Антуану касаться своих ног.
- И не женись.
Филипп замолчал лишь на мгновение.
- Сам знаешь, здесь ничто никому не принадлежит. А уж если мой брат возжелает твою невесту, то твое яблочко будет надкусано еще до алтаря.
На полноватых губах герцога появилась усмешка. Тема злободневная, но правдивая. Прелестницы со всех уголков Франции устремлялись ко двору, надеясь зачаровать короля хотя бы ненадолго. Бесчисленный сонм красавиц все не останавливался и Филипп справедливо задумался о том, чтобы втихушку подыскать брату яркую и красивую женщину. Которая сумеет зачаровать его на достаточно долгий срок. Претендентка должна быть кем-то из его окружения. Лаварьер слишком ….набожна. Она точно глоток свежего воздуха, но любой цветок в вазе медленно умирает, а сухие цветы сгодятся разве что для книжных переплетов.
- Знаешь, иногда я завидую нашим дворянам. У них есть право выбора. Я. Король. Моя жена. Его жена. Наш выбор был сделан не нами. Я не могу заставить ее полюбить меня, да и не хочу. Вспомни, принцесса удивительным образом настроила против себя весь мой двор. Словно забыла поговорку, про чужой устав и монастырь.
Филипп коротко рассмеялся, он хотел напиться до видений чертей, и Антуан единственный с кем он мог подобное разделить, были еще Лоррен и его брат, но в прошлый раз их совместная пьянка закончилась скандалом. Сейчас у них наступил удушливый момент затишья. Филипп делал вид, что его нисколько не волнует то, за какой такой красавицей волочится Арманьяк.
- Даже так.
Принц отпил из бокала, а потом еще и еще, он не сводил горящего взора с лица Антуана.
- Одетта – милое создание. На балу нимф я ее испробовал…и знаешь, не прогадал. Ее темперамент того стоит. Я хочу чтобы на ближайшем маскараде, ты как следует развлек малышку. Не пожалеешь. Что до принцессы, ей нужен поклонник. Этот щеголь Гиш, едва не испортил все дело. Он наотрез отказался от продолжения. А я на него понадеялся. А все похвалялся своим неистовством. И вот оно как… Он сказал, что Мадам требует к себе слишком много внимания, и ей нужен раб или слуга…. Так что место снова освободилось.

0

6

Слушая своего друга, Антуан думал. Герцог часто заставлял его глубоко задумываться. Излишне философская натура маркиза была склонна к разного рда размышлениям, волнениям, выводам. Из него бы вышел прекрасный писатель-просветитель или пастор. Ила даже алхимик. И нельзя было утверждать, что его не интриговали эти вещи. Только в стране, которая предана Папе такие вещи могли счесть колдовством, по этому развивал свои увлечения Эффиа очень тайно.
- Думаю, ты ошибаешься. Ни у кого из нас, присутствующих в Версале нет свободы выбора. Даже у твоего брата. Он не может поставить свой личный интерес выше интереса страны, так что и он находится в ловушке. Выбор есть только у бродяг, которые постоянно ищут свое место. Они не платят налоги, они идут куда хотят, плодятся, развлекаются, умирают от болезней. Зато они совершенно свободны. - потянувшись к столику, Антуан налил в стеклянный кубок вина. Отдав его другу, он налил и себе. Притворно тихий вчер за притворно тихой беседой. Как бы ни так.
- Если тебе угодно, я приударю за Одеттой. Она недурна внешне и крайне развратна, хотя очень ловко это скрывает. Это должно быть занимательно. Но главное для нас то, что Генриетта ей очень доверяет, совершенно не думая о том, как сильно ей кружат голову дворцовая роскошь, кавалеры, еда, выпивка и темные укромные уголки этого прекрасного места. Давай выпьем за твое здорове, мой друг. - Антуан поднял докал, улыбаясь. Конечно, в первую очредь всегда было принято пить за короля, но они были не на приеме, почему же тогда два друга не могут немного отдохнуть от условностей? К тому же, Эффиа был последним, кого можно было бы упрекнуть в заговоре против короны. Он был верен венценосной семье как Богу. Он давал клятву служить королю, он готов был идти на войну и быть рядом с Флиппом. Он доказывал делом и словом верность стране, так что да, черт возьми, он мог себе позволить выпить именно за лучшего, любимого друга.
- И знаешь, поклонником твоей супруги быть не просто, я думаю. Слишком уж она своенравна.

+1


Вы здесь » FRPG Versailles: Vanity Fair » Secret societies » А чем же заниматься женам принцев?